January 21st, 2020

Комиссия по ЖКХ Гор.Думы

Фрагменты заседания комиссии по ЖКХ, и после 40 мин. мой небольшой комментарий

Рассматривались далеко не животрепещущие вопросы, и лично я по большей части наблюдал за процедурной составляющей, оценивая способность комиссии к конструктивной и эффективной работе.
И здесь, к сожалению, всё...довольно сложно, скажем так, деликатно)


Buy for 300 tokens
Buy promo for minimal price.

Правительство

И сегодня и завтра все, конечно, будут обсуждать новое правительство.
Скажу о своих впечатлениях - первое чувство: Ох, слава Богу избавились от одиозных личностей - Мутко, Колобков, Васильева, Мединский...
Это однозначный плюс, независимо от личности сменщиков.
Хотя... Подозреваю, что Мединского мы ещё будем вспоминать добрым словом, кажется там всё ещё хуже((

Но по большому счёту, ждать каких либо перемен в лучшую сторону, к сожалению, не приходится, экономика у нас по прежнему в заложниках у политических амбиций высшего руководства(

Вспоминает В.Н.Ренненкампф

Как-то раз я вышла на улицу и увидела необычную картину: перед нашим домом стояла целая толпа и с интересом слушала юркого молодого, безусого солдатенка, по виду провокатора. Он изо всех сил старался возбудить толпу, но ему это не удавалось. Очевидно, не хватало опыта, и окружавшие оратора ротозеи были мирно настроены. Даже большевики не реагировали на его речи. <Сперва я подумала, что он узнал меня, но мое предположение не оправдалось. Просто оратор увидел вышедшую «барыню» и хотел порисоваться, зная, что народ начинает настраиваться против бар как своих угнетателей>. Он вдруг пришел в азарт и, жестикулируя как уличный оратор, (насмотрелась я на них в Петербурге) начал выкрикивать: «Ренненкампф пил нашу кровушку, он мучил и истязал нас <в> 1905 году. Он – кровопийца и злодей!».

Услышав этот крик, я обратилась прямо к оратору и спокойно спросила, что ему сделал Ренненкампф. По словам оратора, он был шофером у моего мужа, и тот за пустяк сослал его на каторгу на двадцать лет. Я решила вывести на чистую воду этого провокатора, осмеять перед толпой, и поинтересовалась, знает ли он меня. Он ответил отрицательно.

«Вот странно, – сказала я. – Я – его жена, а ты меня не знаешь! Если ты служил у нас, то не мог бы меня не знать. Когда мы поженились, у нас не было автомобиля. И ты говоришь, что провел двадцать лет на каторге?» Затем спросила, сколько ему лет, и он, не подумав, сразу назвал свой возраст – двадцать четыре года. Тогда, рассмеявшись, я обратилась к окружающим и сказала, что, выходит, ему было четыре года, когда он служил шофером у моего мужа.

Все от души хохотали над неудачливым агитатором. Он сам себя высек: не умел врать и попался на своей лжи. В толпе раздавались возмущенные возгласы, агитатора обвиняли во вранье, вытолкали кулаками, и он моментально исчез, как сквозь землю провалился. Воспользовавшись своей победой, я сказала толпе, что вот таких-то они и слушают, не думая о том, что им рассказывают.

Толпе понравилось, как я вывела вральмана на чистую воду. Люди расходились и судачили: «Вот так баба! Рассудила, как Соломон! Все ясно стало». Народ был простой и высказался, как умел. Обыск же на этот раз у меня не произвели. Эта история так всех насмешила, что у большевиков пропала охота его проводить. Стыдно, очевидно, стало!..

Наступило второе марта. Мы сидели за столом и спокойно обедали, вдруг с улицы раздался резкий звонок. Е. И. Крассан встал и сам открыл дверь. Он думал, что пришли с обыском, и уже собирался дать достойный отпор. К несчастью, это было не то, что мы ожидали, а то, чего совсем не ожидали. В столовую вбежал сын греков, у которых скрывался мой дорогой муж. Прерывавшимся от волнения голосом он сказал, что генерал арестован. Это известие было для нас как гром среди ясного неба.

Collapse )